Квартиры в Зеленограде
Квартиры в Зеленограде
Текущий район: Все районы (сменить)

Личный кабинет

Вход в личный кабинет



[ Восстановление пароля ]


Блок рекламы (сдаётся)

 

 


Справочник

Агентства недвижимости

Административные учреждения

Банки

БТИ

Бытовое обслуживание

Бытовая техника

Грузовые перевозки

Жилищно-коммунальное хозяйство (ЖКХ)

Земельные участки

Инженерные службы

Инструменты

Капитальное строительство

Нотариус

Окна

Охрана и безопасность

Проектные организации

Прочие компании

Сантехника

Страхование


Статистика
  • Объявлений всего: 4099
  • Объявлений сегодня: 0
  • На модерации: 0
  • Опубликованы: 4099
  • Посетителей сегодня: 404
  • Посетителей всего: 788349
  • Переходов всего: 69207576
  • В блокноте: 0

Край родной, навек любимый

Квартиры в Зеленограде / Край родной, навек любимый
Льяловская культура, имевшая свой цех

Сходня, которая Всходня

Поселения, пустоши, опять поселения...

В одном из живописнейших подмосковных уголков северо-западного на­правления расположен город Зеленоград - частица Москвы, административ­ный район столицы.

Город молод, ему всего 45 лет. История земли, на которой он возник, насы­щена интересными событиями. Зеленоградцы подчас и не догадываются, что ходят по земле, где находились ушедшие в прошлое деревни. Здесь рождались, умирали люди, проходило чьё-то счастливое детство, отрочество, юность, годы зрелости, старости.

Чередой сменялись поколения, оставалась память человеческая, передаваемая от отца к сыну, от деда к внукам. Память отражена в традициях, в названиях рек, ручейков, прудов, оврагов, лесов, рощ. Память заключена во всём, что нас окружает. Мы являемся свидетелями смены столетия и ты­сячелетия, нам есть что рассказать нашим внукам, наша память вместила многое в конкретном ис­торическом отрезке времени.

В нашем городе живут и те, кто родился в деревнях, на месте которых построен новый город. Они могут сказать: мои предки жили в Матушкине, Савёлках, Крюкове, Назарьеве и т.д. Хотя мно­гих деревень уже нет, но их названия перешли к районам Зеленограда.

Самые древние памятники нашего города связаны с ранними поселениями, располагавшимися по берегам протекающей невдалеке реки Клязьмы. Но главной зеленоградской речкой является Сходня, пересекающая ряд городских районов. Сама река, её долина, высокие живописные берега, особенно в районе станций Сходня и Подрезково, так прекрасны, что захватывает дух от увиден­ного. Река берёт начало рядом с Зеленоградом - из болот в районе Алабушево и от истока до впаде­ния в Москва-реку петляет по Подмосковью на протяжении 47 километров.

В окрестностях нашего города обнаружены стоянки людей каменного века. Археологи находят здесь готовые кремнёвые орудия - каменные топоры, наконечники для стрел и дротиков, ножи, скребки, а также отходы от их производства (отщепы, сколы и т.д.). Кремень являлся одним из основных материалов для изготовления орудий, ведь он хорошо обрабатывался и в то же время был твёрдым.

Люди жили по берегам р. Клязьмы в VIII-II тысячелетии до н.э. (это 10-4 тыс. лет назад) в том ме­сте, где ныне расположено с. Льялово. Они занимались охотой и рыболовством. Пользовались ог­нём, умели делать глиняную посуду, которую приспосабливали для варки и хранения пищи. Льяловская стоянка широко известна среди знатоков археологии и истории как одна из первых нео­литических стоянок в Восточной Европе и включена во все исторические энциклопедии мира. Эта стоянка исследовалась в 1920-х и 1950-х гг. (Б. А. Куфтиным и Б. С. Жуковым, позже А. Я. Брюсовым). При раскопках был обнаружен материал, который позволил датировать стоянку началом III тысячелетия до н.э. Льяловская стоянка дала название целой археологической культуре этого периода, вошедшей в науку как «Льяловская». Характерным для этой культуры являет­ся керамика с ямочно-гребенчатым орнаментом, массивные кремнёвые орудия продолговатой формы. Коллекции археологических находок Льяловской культуры хранятся в фондах главных музеев страны - Исторического в Моск­ве и Эрмитажа в Санкт-Петербурге.

В фондах Зеленоградского историко-краеведческого музея хра­нится около 3000 предметов Льяловской археологической культу­ры. Они были найдены во время научных экспедиций, проведён­ных археологами музея в 1980-1990 гг. на древнейшем поселе­нии северо-западного Подмосковья - «Льялово-3». Руководил раскопками А. Н. Неклюдов - заведующий отделом археологии и краеведения Зеленоградского музея. Ему также удалось найти по­селение каменного века непосредственно на территории Зелено­града - на месте строительства синхротрона. На этом поселении, а также в «Льялове-3» были обнаружены целые камнеобрабатыва-ющие комплексы - своеобразные цеха. Производство каменных из­делий носило массовый характер.

Несмотря на тяжёлые условия жизни в ту эпоху, древние «лья-ловцы» находили время и для изготовления украшений. Так, в 1990-х гг. на поселении «Льялово-3» были обнаружены предметы, связанные с эстетическими воззрениями древних людей и их веро­ванием (каменная подвеска в виде миниатюрного топорика, ка­менные изображения рыбок, животного, рисунки жилища и «риту­альный комплекс»).

От наступившего после каменного периода бронзового века на территории Зеленограда и примыкающих к нему земель поселе­ний не сохранилось. Известны только единичные находки камен­ных топоров, которые делали люди бронзового века по образцам металлических. Такие топоры были найдены в районе деревень Ка­менка и Чашниково. Археологическая культура этого периода на­зывается Фатьяновской. Её представители занимались охотой и рыбной ловлей.

С VII века до н. э. до VIII века н. э. землю нашу заселяли пришед­шие из-за Урала финно-угорские племена, относящиеся к Дьяков­ской археологической культуре. Они уже занимались скотоводст­вом и земледелием.

 

Первые славяне на террито­рии северо-западного Подмоско­вья появляются в XI в. Они при­шли из-под Твери и Новгорода. Непосредственно по нашей территории проходила гра­ница расселения двух славян­ских племён - вятичей и кри­вичей. Они жили в неукреплён­ных поселениях, разбросанных по берегам рек, в жилищах на­земного и полуземляночного ти­па. Каждое селение принадлежа­ло отдельному патриархальному роду, во главе которого стоял cтарейшина. При каждом поселении, как пра­вило, располагалось родовое кладбище, пред­ставлявшее собой земляные насыпи в виде кур­ганов. Эти курганные могильники или отдель­ные курганы можно наблюдать до сих пор, прогуливаясь по левому крутому берегу реки Клязьма от пос. Менделеево в сторону дер. Клушино, а также на берегу реки Сходня в 12-м микрорайоне нашего города. При веде­нии строительных работ исчезли курганы, на­ходившиеся по р. Сходне у нынешних корп. №1101, 1117, в районе школы №718, в с. На­зарьево.

От XI-XIV вв. сохранились древние поселе­ния в окрестностях Зеленограда (Чашниково, Середниково, Никольское, Черкизово). Наибо­лее изучено поселение в районе дер. Николь­ское (на левом берегу р. Клязьмы, неподалёку от Чашникова). Среди находок преобладают орудия сельскохозяйственного производства, а также ювелирные изделия.

Основным занятием славян было земледе­лие, сначала подсечное, затем пашенное (земля обрабатывалась сохой), позже и скотоводство. В это время среди крестьян-земледельцев вы­деляются мастера-ремесленники разных спе­циальностей. Шла активная торговля товарами. Первостепенное значение для Москвы и Под­московья имел водный путь, связывавший за­падные земли с Владимиром и Суздалем. Глав­ный участок пути проходил по р. Сходне. По ней суда поднимались (всходили, входили - отсюда и варианты этого гидронима: Всходня, Входня) АО волока, который был у села Черкизово, а затем их перетаскивали на Клязьму. В обратном направлении по этой реке от волока до Москвы суда спускались, т.е. выходили, схо­дили, откуда варианты: Выходня, Сходня. По­следний из них закрепился и стал общим на­званием этой реки.

Облик земли, рельеф местности менялись из-за того, что выжигались леса под пашню, по­являлись деревни, поляны вокруг. Влияли и опустошительные набеги завоевателей (татаро-монголы, крымские татары, поляки). Многие деревни были покинуты крестьянами или ра­зорены и превращались в пустоши, зарастали лесом, кустарником. По сведениям писцов, в 1624-1625 гг. в Горетовом стане насчитыва­лось более 49 пустых поместных и вотчинных участков. Эти места с годами постепенно ста­ли восстанавливаться и снова заселяться крес­тьянами.

Территория Зеленограда с окрестными де­ревнями и сёлами в XVI в. по административ­но-территориальному делению входила в Горетов стан.

Местность, прилегавшая к р. Сходне с прито­ками Горетовкой и Химкой, где проходили пу­ти на Тверь и Великий Новгород, в XIV-XVI вв. имела значительное по тем време­нам население. Здесь было много сёл и дере­вень. Ни выше, ни ниже по течению Москвы-реки не было таких густонаселённых мест. Но деревни тогда были небольшие - состояли из нескольких курных изб, при которых не всегда были хозяйственные постройки.

Первые упоминания о населённых пунктах, существовавших на территории современного города и его окрестностей, мы находим в пис­цовых книгах XVI века. В 1664 году царь Алек­сей Михайлович издал указ о проведении пере­писи податного мужского населения. На места отправились писцы, которым следовало пере­писать крестьянские дворы. Из этого источни­ка мы узнаём имена и фамилии, иногда прозви­ща помещиков, священнослужителей, кресть­ян. Известно более десятка небольших селений и «пустошей» (запустевших деревень), которые в это время находились на месте Зеленограда, в том числе: Крюково, Матюшкино (позднее Ма­тушкино), Назаровское (Назарьево), Никоново (Никольское), Савилово (Савёлки), Сарафано-во, Кодыево, Мызино (Кулимзино), Елзино, Олабышево (позднее Алабушево) и др. Возник­ли все эти селения раньше XVI века и названия получили от своих владельцев, живших в XIV-XV вв. - боярина Б. К. Крюка Сорокоумова, кня­зя Ф. Ф. Олабыша Ярославского, бояр и служи­лых людей Савёлкова (Савельева), Матюшкина, Назарьева (Назарова) и др. Наиболее древними поселениями на территории нынешнего Зеле­нограда являлись два сельца - Назаровское и Никоново (Никольское), существовавшие на р. Сходне, дер. Крюково и находившееся побли­зости от неё «усадище» (усадьба) Саулинниково (обе были на территории нынешних 8-, 9-го микрорайонов).

В XVI веке Никоново, Назаровское, Сарафаново и другие окрестные селения составляли вотчины бояр Симских-Хабаровых. Деревни Крюково, Савилово, Елники и усадище Саулин-никово были поместьем служилого человека Ивана Шестова, а затем перешли к другим по­мещикам. Алабушево и Назарьево со второй половины XVI века принадлежали Троице-Сергиеву монастырю.

Савёлками в XVI веке владел небогатый дво­рянин И. В. Шустов, в XVII веке - известный го­сударственный деятель и дипломат боярин А. С. Матвеев. Ржавки по писцовой книге, дати­рованной 1585 годом, были за Введенским Новинским монастырём в Москве, который рас­полагался на Пресне («за Новинским монасты­рём в вотчине пустошь, что был погост Нико­лая Чудотворца на Ржавце»).

В 1709 году пустошь Николо-Ржавский по­гост с церковным кладбищем была продана Ивану Ивановичу Бутурлину - участнику мно­гих сражений петровской эпохи. После Бутур­линых владельцами стали Голицыны.

Полного представления о владельцах дере­вень и сёл, их сменяемости мы не имеем. Об одних владельцах знаем больше, о других -меньше.

С конца XVIII - начала XIX вв. деревни Савёлки, Большие Ржавки, сельцо Никольское при­надлежали роду князей Долгоруковых. Об этих владельцах мы поведаем более подробно.

Славные князья Долгоруковы

Французов - на вилы!

 Медведей более, нежели зайцев

В 1778 году вице-губернатор Белгородской губернии князь А. Я. Голицын продал своё име­ние при селе Никольском с дер. Савёлки «с по-мещиковым домом и дворовым строением» за 9000 рублей князю Н. В. Долгорукову. С этого времени более столетия «усадьба при селе Ни­кольском, Ржавки тож, Московского уезда Го-ретова стана» находилась во владении князей Долгоруковых.

Усадьба Долгоруковых располагалась в райо­не нынешней школы-интерната. Дом князя на­ходился неподалёку от Никольского храма. При доме был парк, в нём - каскадные пруды. Сейчас ни дома, ни парка не сохранилось. Ос­татки каскадных прудов исчезли при строи­тельстве 5-го микрорайона. Кстати, зеленоградцы называют корпуса 5-го микрорайона за их улучшенное качество «дворянскими гнёздами», но вряд ли в этом можно усмотреть традицию, связанную с родом князей Долгоруковых. Из прошлого сохранились только часть липовой аллеи, ведущей к храму, да сам храм.

 

Приход Никольской церкви в 1802 году полу­чил причт из священника, дьячка и пономаря. Для лучшего его содержания князь Андрей Ни­колаевич Долгоруков положил в сохранную каз­ну билет в 2285 рублей серебром на вечное вре­мя на имя церкви. Тогда же возникла идея со­здания при храме женской богадельни на 20 душ с помещением в ней неимущих людей на средства княгини Екатерины Андреевны. Князь задумал возвести новую каменную церковь с двумя престолами во имя Святителя Нико­лая и Святого Иоанна Воина. Церковь пред­полагалось сделать двухэтажной - ниж­ний храм тёплый, верхний холодный. Строительство велось до 1810 года. Князь А. Н. Долгоруков по­ложил новую круп­ную сумму в пользу Никольской церкви. Сохранились сведе­ния по строительству колокольни. Подряд­чик, крестьянин графини А. А. Орловой-Чесмен-ской Пётр Ионов, обязался в селе Никольском статского советника князя А. Н. Долгорукова «сделать и поставить на вновь выстроенную колокольню шпиль, яблоко и крест и покрыть карниз из своего железа, вышиной, окромя крес­та, 20 аршин, яблоко и крест вызолотить чер­вонным золотом на гульфарбе, а шпиль выкра­сить зелёной краской».

Каменный двухэтажный храм был освящён по благословению московского митрополита Филарета в 1827 году. Никольский храм - са­мое старинное здание на территории Зе­ленограда.

Отечественная война 1812 года прошлась и по нашей земле. После захвата Москвы в её пригороде стали создаваться крестьянские от­ряды. Широко развернулось народное парти­занское движение. Крестьяне укрывали в лесах свои семьи, прятали скот, запасы продовольст­вия, сами вооружались вилами, косами, топо­рами и другими подручными средствами для уничтожения неприятеля. Вокруг Москвы дей­ствовали десятки крестьянских отрядов. Они истребляли мелкие французские отряды «фу­ражиров», грабивших население Подмосковья.

В Назарьеве осенью 1812 года местными крестьянами был уничтожен целый отряд французов. Тела их закопали в овраге, который долгое время назывался «французским». Нахо­дился он вблизи нынешнего картодрома.

Существует легенда, что крестьяне Ржавок ночью убили зашедших в деревню французов, а их тела сбросили в колодец, который засыпали. Аналогичный случай произошёл в дер. Юрлово, что на Пятницком шоссе, здесь колодец был случайно обнаружен в 20-х годах XX столетия.

Русское командование для прикрытия пе­тербургского направления выделило специаль­ный отряд под командованием генерал-адъю­танта Ф. Ф. Винценгероде. Отряд сумел сковать значительные силы противника на этом на­правлении. К нему примкнули партизанские отряды из крестьян.

Известно несколько имён героев Отечест­венной войны 1812 года, связанных с истори­ей нашего края. В 1820-е гг. село Мышецкое принадлежало прославленному герою-парти­зану, поэту пушкинского времени Денису Да­выдову, который с 1826 года здесь жил, по его словам, «почти безвыездно, поправляя своё здоровье».

В эти годы Денис Давыдов работал над сво­ими воспоминаниями, написал стихи «Боро­динское поле», «Партизаны» и др. Во время эпидемии холеры 1830 года он руководил 20-м холерным участком Подмосковья с цен­тром в Чёрной Грязи. Скромный дом в Мы-шецком не сохранился. Изменилось всё во­круг того места, которое было так дорого по­эту, и теперь трудно представить, куда звал своих друзей Денис Давыдов: «Приезжайте в моё Мышецкое. Теперь осень. Мы с тобой по­гуляем за зайцами и даже за медведями, коих около меня более, нежели зайцев». В 1869 го­ду в Мышецкое приезжал Л. Н. Толстой для сбора материала к своему роману «Война и мир», был он и в Лунёве. Денис Давыдов, ли­хой партизан 1812 года, послужил в романе прототипом Василия Денисова.

Племянник сатирика Фонвизина

Верные жёны арестантов

«Витийством резким знамениты»

Близ Зеленограда на 49 километре Ленин­градского шоссе находилась Берсеневка - быв­шее имение героя 1812 года генерала Н. Н. Ра­евского. От места, где располагалась усадьба, не осталось и следа. А ведь здесь жили и дети гене­рала, которые бесстрашными подростками (10 и 16 лет) шли в бой вместе с отцом; здесь бро­дила по тропинкам и рощам его дочь - Мария Николаевна, ставшая затем женой ещё одного героя 1812 года - С. Волконского. Мария Нико­лаевна последовала за мужем-декабристом в Сибирь, оставив в Москве самое дорогое - де­тей, родных, друзей, родину.

Усадьба ещё одного героя войны 1812 года декабриста М. А. Фонвизина, племянника писа­теля-сатирика Д. И. Фонвизина, автора бес­смертного «Недоросля», находилась, по данным археолога-краеведа А. Н. Неклюдова, на терри­тории современного микрорайона 8-Б (корп. №820, 851, 825, школа №897). И сама дер. Крюково, и усадьба к ней с господским до­мом и 52 душами мужского пола были куплены матерью декабриста.

Михаил Александрович Фонвизин и его младший брат Иван Александрович, тоже дека­брист - член «Союза благоденствия», не раз бы­вали в Крюкове у матери, вырываясь из душной и пыльной Москвы на лоно природы в живо­писную подмосковную усадьбу. Женившись в сентябре 1822 года, только что вышедший в от­ставку в чине генерал-майора М. А. Фонвизин в декабре того же года вместе со своей молодой супругой Натальей Дмитриевной поселяются в Крюкове. Здесь молодая чета прожила ао само­само­го ареста М. А. Фонвизина. «В жарком лете на кларнете, а зимою во светлице он играет на скрипице», - сложил о нём экспромт его тесть Д. А. Апухтин, как-то навестивший свою дочь Наталью, приехав из своей Костромской губер­нии. Но в основном гости были другие - друзья М. А. Фонвизина по 1812 году и военной служ­бе. Известно, что сюда приезжали видные дея­тели тайных обществ - Иван Иванович Пущин, Никита Михайлович Муравьёв. Вполне вероят­ны посещения Крюкова и другими декабриста­ми, ведь деревня стояла вблизи от тракта, и всякий декабрист, выезжавший по делам тайного общества из Петербурга в Москву и обратно, считал своим долгом заехать на не­сколько часов к гостеприимным Фонвизиным. Так, в сентябре 1825 года поэт-декабрист и ру­ководитель московской управы тайного обще­ства И. И. Пущин навестил Фонвизиных в Крюкове. Он подолгу беседовал с Михаилом и его женой.

 

Наталья Дмитриевна стала одним из прооб­разов пушкинской Татьяны. В письме к И. И. Пущину она писала: «Ваш приятель Александр Сергеевич, как поэт, когда-то пре­красно и верно схватил мой характер, пыл­кий, мечтательный, сосредоточенный в себе, и чудесно описал его проявление при вступле­нии в жизнь сознательную».

В первых числах декабря 1825 года, накану­не восстания, И. И. Пущин ещё раз заезжал к М. А. Фонвизину, чтобы рассказать ему о при­нятых решениях.

Вскоре после 14 декабря 1825 года начались аресты декабристов-москвичей. М. А. Фонви­зин был арестован в Крюкове.

Активный член «Союза благоденствия» и «Северного общества» М. А. Фонвизин был до­прошен царём, признан опасным «государст­венным преступником», осуждён на каторж­ные работы. Находился в тюрьмах Читы и Пе­тровского завода, куда за ним последовала его жена Н. Д. Фонвизина. М. А. Фонвизин пробыл в тюрьмах и на поселениях 27 лет, в 1853 году был переведён под надзор полиции в имение своего отца с. Марьино под Бронницами и вскоре скончался. Он оставил после себя инте­ресные научные труды: «Обозрение историко-философских систем», «О коммунизме и соци­ализме» и др.

У Натальи Дмитриевны и Михаила Алексан­дровича Фонвизиных было несколько детей. Двое из них росли на попечении родни в Моск­ве, старший сын Дмитрий стал петрашевцем. Когда сосланные в Сибирь петрашевцы оказа-лись в Тобольске, где в ссылке находились Фон­визины, Наталья Дмитриевна сделала всё воз­можное, чтобы помочь им. Среди ссыльных был Фёдор Михайлович Достоевский. Наталья Дмитриевна посетила пересылочную тюрьму, подарила Достоевскому Евангелие, они стали переписываться. Одно из писем Достоевского к Фонвизиной содержит в себе высказывание об Иисусе Христе, которое позднее легло в ос­нову его знаменитой «Легенды о Великом Ин­квизиторе».

Так судьба Натальи Фонвизиной в разные времена стала предметом внимания двух вели­чайших писателей России.

Овдовев, Наталья Дмитриевна через не­сколько лет ещё раз вышла замуж - за тяжело­больного И. И. Пущина, отправившись к нему в ссылку. Вторично она поехала в Сибирь, но уже не по чувству долга, а по зову сердца. Давно между ней и Пущиным были сердечные чувст­ва, однако при жизни мужа она как бы выпол­няла предначертание Пушкина: «Но я другому отдана; Я буду век ему верна». Наталья щедро отплатила Пушкину за Татьяну: скрасила его страдальцу-другу последние годы жизни.

М. А. Фонвизин и И. И. Пущин похоронены рядом - в Бронницах, у городского собора.

Князь Илья Андреевич Долгоруков, сын А. Н. Долгорукова, по исследованиям сотрудни­цы зеленоградского музея А. В. Карандеевой, также состоял членом общества «Союз благо­денствия», был хранителем Устава тайного об­щества, так называемой «Зелёной книги». Был привлечён к следствию по делу 14 декабря, но по высочайшему повелению наказания не по­нёс как «не участвовавший в собраниях возник­шего после 1821 года тайного общества». А. С. Пушкин уделил нашему герою в «Евгении Онегине» следующие строки:

Витийством резким знамениты, Сбирались члены сей семьи У беспокойного Никиты, У осторожного Ильи.

Частная отмена частной собственности
на крестьян

Генерал-губернатор Москвы выручает земляков из Ржавок

Бунт митьковцев и огненная расправа хозяина-самодура

Подмосковный Барбизон

Роковые пересечения полевых тропинок

Декабристы - одни из первых, кто задумался над судьбами своих крепостных. Вероятно,

 

эти же мысли посещали и князя Илью Андрее­вича Долгорукова, а с ними он делился и со сво­им отцом - Андреем Николаевичем. И вот, бо­лее чем за 20 лет до отмены крепостного права, хлопочет старый князь об отпуске в звание «вольных хлебопашцев» своих крестьян. Это дело было начато ещё в 40-х годах, а закончено в феврале 1851 года, после смерти князя, его вдовой статской советницей княгиней Елизаве­той Николаевной. Долго тянулась эта волокита, дело рассматривалось губернским предводите­лем дворянства, Министерством внутренних дел и в Сенате. Царские чиновники всячески препятствовали освобождению крестьян. Но всё-таки за 10 лет до официальной отмены крепостного права 1861 года крестьяне были отпущены «в звание государственных кресть­ян, водворённых на собственных землях». Им были предоставлены «в собственность их все земли, леса и угодия, какие к этому принадле­жат, а также со всеми принадлежащими... строениями, заведениями, скотом, птицею и всякого рода их крестьянским имуществом».

Но крестьяне принимали на себя ряд обяза­тельств. Они должны были уплатить долг по­койного князя С.-Петербургскому опекунско­му совету, который в 1837 году составлял около 8900 рублей серебром. До кончины княгини Долгоруковой крестьяне обязывались платить ей оброчные «по 22 рубля 86 коп. серебром с тягла», обрабатывать господскую землю и ис­полнять прочие обязанности. Господские стро­ения уполномоченный княгини должен был со временем ликвидировать, всё имущество про­дать, а деньги присоединить к капиталу, кото­рый был положен князьями Долгорукими на содержание церкви и богадельни. Земля же из-под господских строений поступала в собствен­ность крестьян.

Князь Андрей Николаевич ещё при жизни предусмотрел помощь живущим в богадельне при Ржавской церкви «немощным старцам». Отпущенные крестьяне должны были постав­лять на нужды богоугодного заведения сено для двух коров, 300 пудов муки ржаной «доброго качества, 6 четвертей гречневых круп... 20 са­жен трёхполенных дров», а на нужды Николь­ского храма «на ладан, свечи и другие потреб­ности священно с лужения 30 рублей сереб­ром». По данному документу строения, в ка­ких помещаются «богадельные, равно священно-церковно-служительские дома, крестьяне обязуются поддерживать надлежащею почин­кою и не допускать до разрушения».

Поверенным от крестьян для подписания до­кумента был Ефрем Акимов - «с чувством бла­гоговейной благодарности помещице нашей, княгине Елизавете Николаевне Долгоруковой».

Такой невероятный по своей смелости и гу­манности шаг был предпринят со стороны вла­дельца деревень. Долгие годы молились кресть­яне за своих освободителей.

После смерти князя и его жены теряется упоминание о самой усадьбе. В семье Долгору­ковых было 11 детей. С 1850 года в усадебном доме никто из детей не жил и даже сюда не приезжал. Усадьба перестала существовать, дом был разобран. У каждого из детей жизненная дорога определялась по-своему. Особенно инте­ресна судьба одного из них - князя Владимира Андреевича Долгорукова.

Он родился в Москве, в доме своих родителей на Пречистенке (ныне дом №19). Воспитывал­ся в Школе гвардейских подпрапорщиков и ка­валерийских юнкеров. За участие в польской кампании в 1831 году имел несколько наград, далее получал чины, был жалован царскими ми­лостями.

30 августа 1856 года генерал-адъютант В. А. Долгоруков был назначен московским ге­нерал-губернатором. Городским «хозяином» он был четверть века. Как вспоминали о нём совре­менники, В. А. Долгоруков «по-отцовски» уп­равлял Москвой.

Однажды князь помог своим землякам. Крестьянин дер. Ржавки В. К. Кириллов вспо­минал: «Избрали депутатов к князю В. А. Дол­горукову с жалобой, что земство отбирает их землю, подаренную им его родителями. Долгоруков их принял и заверил, что взять или отрезать у них земли без их согласия из подаренной им его родителями никто не мо­жет и не имеет права».

Генерал-губернатор выполнил просьбу крес­тьян, хотя и был поставлен в двусмысленное по­ложение, так как земство хотело взять одну де­сятину пустующей земли для вновь построен­ной для крестьянских же детей великолепной двухэтажной каменной сельскохозяйственной школы {здание школы находится рядом с Ни­кольской церковью, сейчас его занимает психдиспансер №22), чтобы ученики могли за ниматься показательной работой по садоводст­ву и огородничеству; школа была построена в честь 25-летия губернаторства князя на средст­ва жертвователей. Но «крестьяне наотрез от­казались подписать об отводе ненужной зем­ли и даже заявили, что и старая школа им не нужна». «Так и осталась та же 3-классная школа, но лишь в лучшем и более удобном по­мещении и хорошо оборудованном. Вот какие были времена и какие крестьяне, которые по­ставили в глупое положение не только земст­во, но и самого юбиляра», - пишет далее В. К. Кириллов.

Рукопись В. К. Кириллова называется «Вос­поминания из далёкого прошлого моего детст­ва, отрочества, возмужалости, служебной карь­еры и АО глубокой старости», написана была ав­тором в 1937-1940 гг., хранится в Зеленоград­ском музее.

 

Такое отношение крестьян к образованию В. К. Кириллов объясняет их недоверчивостью к нему. Ещё когда открывалась первая земская школа, в 1875 году, они считали, что: «...школа эта только испортит их детей. Нахватают­ся чужого ума и перестанут слушаться роди­телей, а потом перестанут, пожалуй, в цер­ковь ходить».

История сельца Крюкова, бывшего владения Фонвизиных, имела своё интересное продол­жение. После того как М. А. Фонвизин был аре­стован, имение было продано брату декабриста М. Ф. Митькова. Этот новый владелец, Валериан Фотиевич Митьков, в 1858 году решил продать свою землю, так как в связи с постройкой же­лезной дороги земли возле неё подорожали. Но для этого надо было освободить землю от жив­ших на ней крепостных крестьян. Он решил переселить их в другое своё имение - в с. Успен­ское Дорогобужского уезда Смоленской губер­нии. Но крестьяне не желали уходить с при­вычных мест и взбунтовались. Митькову при­шлось усмирять их с помощью военной силы. Летом 1858 года деревня сгорела. Оставшись без жилья, без построек, крестьяне вынуждены были переселиться. 9 декабря 1859 года под надзором полиции более 100 крюковчан, взрослых и детей, были насильно отправлены на новое место жительства.

Когда сельцо горело, грандиозный пожар уничтожил и барский дом (бывший дом М. А. Фонвизина), что хозяин вряд ли л/юг предположить. Но на пожарище помещик Митьков построил себе усадьбу с парком, прудами, бас­сейном и фонтаном. Последним хозяином усадьбы был И. К. Рахманов, имевший здесь кирпичные заводы.

Одно из красивейших мест, ныне входящих в Зеленоград, - сельцо Кутузово. Одним из его владельцев был князь Василий Кутузов.

С 1839 по 1861 гг. этим селением владел дей­ствительный статский советник Антон Фран-цович Томашевский (1803-1883 гг.). Он был писателем-публицистом, печатал критические и политические статьи, обыкновенно без под­писи. Статьи публиковались в таких популяр­ных изданиях XIX века, как «Галатея», «Теле­скоп», «Московский вестник», «Молва», «Мос-ковитянин», «Русский архив». А. Ф. Томашев­ский был по учёбе товарищем будущего исто­рика М. П. Погодина, а также дружил с писа­телем Сергеем Тимофеевичем Аксаковым и его сыновьями. Сохранилась переписка братьев Аксаковых. В письмах братьев Аксаковых отцу, датированных июлем 1839 года, упоминается посещение Аксаковыми имения А. Ф. Тома­шевского. Известно, что в Московской губер­нии у А. Ф. Томашевского во владении состояло лишь одно имение - Кутузово. Братья Аксако­вы, не упоминая названия данного имения, вос­хищаются им: «Какая река! Какой пруд у Тома­шевского! Какое купание!» Повествуют в пись­мах они и о прекрасной роще и мельнице. Имение Антона Томашевского «лучше даже нашего Кунцева», - пишут Аксаковы.

После Томашевских Кутузовом владел ку­пец А. Серебряников, потомки которого сей­час живут в Зеленограде.

Кутузово и по сей день очень красиво, его на­зывают «подмосковным Барбизоном», здесь с начала XX века снимали дачи и работали знаме­нитые художники. В 1926 году в Кутузове от­дыхал Михаил Булгаков, в гости к нему приез­жали артисты Рубен Симонов, Всеволод Вер­бицкий и др. До сих пор в Кутузове живут и ра­ботают творческие люди.

В истории дер. Савёлки, находившейся там, где сейчас расположены Дворец культуры и Ледовый дворец, особенно интересна такая страничка. Во второй половине XVII века дер. Савёлки владел известный политический деятель Артамон Сергеевич Матвеев, в семье которого воспитывалась Haтavья Кирилловна Нарышкина - будущая мать императора Петра I. От того времени в районе Дворца культуры осталась липовая аллея, которую жи­тели Савёлок долгое время называли Матвеев­ской. Облик боярина А. С. Матвеева запёчатлён на знаменитом памятнике «Тысячелетие Рос­сии», установленном в XIX века в Кремле Нов­города Великого.

Исследованием истории зеленоградских де­ревень много занимался профессор Георгий Ва­сильевич Ильин, уроженец села Назарьево, ны­не почти полностью поглощённого городом.

Вблизи Зеленограда находились два имения -Середниково и Знаменское. В Середникове М. Ю. Лермонтов проводил летние каникулы в годы учёбы. А Знаменское было родовым име­нием Н. С. Мартынова, будущего убийцы Лер­монтова. Оба учились в Юнкерской школе, там и познакомились. Лермонтов писал в Середни­кове стихи, влюблялся, ездил по полевым доро­гам верхом на лошади. Но подобные увлече­ния были свойственны многим юношам дво­рянского рода. Так что если не в прямом смысле, то в метафори­ческом вполне можно сказать, что пути поэта и его убийцы пересек­лись ещё в их юноше­стве, и было это в на­шем краю.

Хотя Мартынов по­сле совершённого злодеяния и земного наказания он не избежал - его склеп возле Знаменской церкви был в начале 20-х го­дов XX века разорён школьниками, кости его они выбросили. От имения сейчас осталась только церковь, заросший пруд и несколько старых деревьев. Не сохранилось даже назва­ние - теперь это место называется Цесарка, здесь базируется воинская часть.

А Середниково сохранилось. В 1992 году оно было объявлено Национальным лермонтовским центром. Сейчас там ведутся реставрационные работы. В организации центра участвуют живу­щие в Зеленограде потомки рода Лермонтовых.

Трактат о тракте ямском... и о чугунном безъямном

Шагающее имя «Крюково»

«На дальней станции сойду, трава по пояс» (сходили литературные знаменитости)

В настоящее время одной из границ Зелено­града является Ленинградское шоссе. В древно­сти это был путь к Твери, он назывался Твер­ским трактом, затем был продлён до Валдая и назывался Валдайским, а с 1703 года, после ос­нования на берегах Невы нового города, -Санкт-Петербургским, с 1914 года - Петро­градским, с 1924 года - Ленинградским шоссе. Вот сколько было наименований у шоссе, по ко­торому ежедневно тысячи зеленоградцев от­правляются в столицу и обратно.

По этой дороге скакали на лошадях, ездили на тройках в экипажах, ходили босиком или в лаптях. Когда ещё не было железной дороги, пу­тешествовали на лошадях по почтовым трак­там, медленно, с неизбежными остановками в пути. С середины XVIII века всё более использо­валась почта как средство передвижения. Поч­товыми называли казённых лошадей, которых меняли на почтовых станциях. Все главные до­роги государства Российского были размечены вёрстами. Почтовые станции располагались че­рез каждые 18-25 вёрст. Первая станция из Москвы в сторону Петербурга размещалась в Чёрной Грязи. Сейчас здесь расположена Черногряжская больница. Этот путь, из одной сто­лицы в другую, преодолевался за 5-6 суток. Ско­рость движения л

Навигация

arrowКвартиры в Зеленограде
arrowРегистрация
arrowДобавить объявление

arrowДома Зеленограда
arrowНовости Зеленограда
arrowИстория Зеленограда
arrowПрогулка по городу
arrowКарта Зеленограда

arrowИдеи для ремонта
arrowИнформационный раздел

arrowО проекте
arrowБаннерная реклама


Рекламный блок

Облако тегов

XML feeds

 

Лента RSS

Лента RSS

 

К нам приходят по запросам : Квартиры в Зеленограде, недвижимость Зеленограда, Зеленоград недвижимость, снять квартиру в Зеленограде, квартиры в Зеленограде без посредников, снять квартиру в Зеленограде без посредников, куплю квартиру в Зеленограде, купить квартиру в Зеленограде, сдам квартиру в зеленограде, аренда квартир в Зеленограде, продажа квартир в Зеленограде, агентство недвижимости Зеленоград.

Квартиры в Зеленограде, недвижимость Зеленограда, Зеленоград недвижимость, снять квартиру в Зеленограде, квартиры в Зеленограде без посредников, снять квартиру в Зеленограде без посредников, куплю квартиру в Зеленограде, купить квартиру в Зеленограде, сдам квартиру в зеленограде, аренда квартир в Зеленограде, продажа квартир в Зеленограде, агентство недвижимости Зеленоград.

Квартиры в Зеленограде | | Скрипт доски объявлений